Москва и Россия

В общественном сознании давно укоренилось мнение, что Москва – это не Россия. Чтобы это понять, достаточно отъехать от столицы на несколько десятков километров. Не говоря уже о том, чтобы приехать в какой-нибудь районный центр, например в Осташков.

 

[Juna_IT_Poll id=”3″]

Первое, что бросается в глаза – это архитектура. Даже областных центров. В Москве сегодня вся территория (если не брать Новую Москву) застроена многоэтажными домами. Новый асфальт, ухоженные дороги, отлично работающий общественный транспорт, развитая инфраструктура. В провинции – огромное число деревянных изб, разбитые тропинки между ними, носящие гордые названия проспектов.
В Москве жизнь быстрая. Здесь люди вынуждены “крутиться”. Получать хорошее образование, культурно развиваться. В провинции чуть ли не единственным проявлением творчества становится ремонт квартиры. Не случайно, самые популярные вывески там это “Все для ремонта” и “Автозапчасти”. Центр досуга в небольших городах – это рынок. Он же главное предприятие, площадка для взращивания местной “элиты”. Бандиты с рынка, администрация рынка, торговцы с рынка – это самые влиятельные люди в городе, которых выбирают в местные советы и мэрами.
Сильно различается уровень зарплат при схожих ценах. Заработать за месяц 25 тысяч рублей в провинции считается большим достижением. Соответственно, никаких возможностей для путешествий, встреч с друзьями в модных кафешках. Театров и музеев практически нет. Только работа (15 минут ходьбы от дома), приготовление супов, ремонт квартиры, починка автомобиля.
Сильные и инициативные пытаются вырваться из родных мест и попасть в Москву. Любой ценой. Готовы тесниться в съемных квартирах, работать без выходных в трех местах. Потому, как считают люди, в столице живут, а в провинции – проживают.
Но не приведет ли этот разрыв между Москвой и остальной Россией к необратимым социальным последствиям? У нас в истории уже был опыт сосуществования двух Россий. Одна говорила на французском, читала книги, обсуждала романы. Другая была безграмотной, прозябала в нищете. Кончилось это в 1917 году. Одна Россия просто уничтожила другую.
– Разрыв между Москвой и провинцией есть очень важный показатель социального неравенства в стране, – говорит директор Института национальной стратегии Михаил Ремизов. – Разрыв по качеству и уровню жизни. Одной спасительной меры, как сократить этот разрыв, конечно нет.Первое – нужны серьезные вложения в инфраструктуру. Это важно и для простых людей, и для делового климата. К сожалению, сейчас приходится говорить о слабом развитии инфраструктуры.Второе – необходимо изменить налоговое законодательство. Необходимо изменить пропорции налоговых отчислений между федеральным центром, регионами и муниципалитетами. Сегодня на районном уровне лежат все тяготы содержания больниц и школ, а денег у местных властей нет. Важно так же, чтобы работающие предприятия регистрировались по месту нахождения.
Третье – надо перераспределить трудовые ресурсы. Сегодня в провинции до половины мужского населения работают охранниками. По сути, это – скрытая безработица. Формально все имеют работу, а по факту – в регионах не хватает современной промышленности. Качество занятости во многих субъектах РФ очень низкое.
Пока правительству не удается создать новую модель экономического развития. Есть сейчас целевые программы по развитию Дальнего Востока и Северного Кавказа. Деньги тратят, а эффективность пока низкая.
Важно развивать и регионы Центральной России. Именно эти регионы самые депрессивные. Так же необходимо комплексное планирование развития регионов. Всё надо делать по науке.
– Пока противостояние Москвы и регионов носит инерционный характер. Разрыв увеличивается, напряжение растет. Причем некоторые государственные решения способствуют этому. К примеру, создание большой столичной агломерации. Вместо того, чтобы рассредоточить рабочие места и людей по стране, создают огромную Москву. Но вряд ли это приведет к социальному взрыву. К сожалению, главной формой русского бунта всегда было вымирание. То есть, депрессивное состояние регионов приводит не к взрыву, а к угасанию. Это намного хуже.
Директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев:
– Ощущение, что Москва и остальная Россия две разные страны, у нашего народа сложилось давно. До середины 1950-х Москва вообще была закрытым городом. Человек должен был показать билет или приглашение. Москва всегда была оазисом, где вкуснее ели и слаще спали.Сегодня мы видим аналогичную ситуацию. Кстати, многие наши миллиардеры живут в Москве, но формально прописаны в других местах.
Если все миллиардеры съедутся в столицу, то она обгонит Нью-Йорк.Москва – это не Россия. Причина этого в том, что у нас феодальный тип государства. То есть, главный источник капитала у нас это государство. Как мы знаем, миллиардерами назначали. Как честно говорил Чубайс, приватизация – это не экономический, а политический процесс. Больше всех получил тот, кто был ближе к власти.
Можно добывать нефть где-нибудь на Севере, но право на добычу можно получить только в Москве. Поэтому Москва всегда будет продуцировать самых богатых. Все вопросы можно решить только в столице.
В то же время, Москва – это витрина. Здесь искусственно поддерживается высокий уровень жизни. Естественно, это порождает психологический конфликт. Жители провинции, которые были в Москве, рассказывают дома, как в столице жируют. Хотя таких людей с каждым годом меньше. У нас очень дорогой транспорт. Даже те, кто живет в провинции неплохо, не имеют возможности добраться до Москвы.
Провинциалы задаются вполне обоснованным вопросом: “Чем они лучше нас?” Но пока это пассивный протест. Люди смотрят по телевизору футбол и костерят москвичей.

(Visited 65 times, 1 visits today)
No votes yet.
Please wait...

 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий